Путь в тысячу миль начинается с первого шага.
~ Конфуций

Меценаты

Страница 105

Сам Керуак склонен сравнивать себя с Алешей или Мышкиным, а Нила Кэссиди — с Рогожиным. Впрочем, сравнения с героями Достоевского могут быть у Керуака весьма неожиданными. Например, рассказывая о своей влюбленности, Керуак пишет в дневнике: «Я не Дмитрий, я больше, чем Дмитрий, я отец Дмитрия, отец Карамазов. Я трачу состояние и любовь моих сыновей ради девушки — и выглядываю в нетерпении из моего окна, ожидая ее приезда».

Особенностью отношения Керуака к героям Достоевского объясняется попытка «приручить» серьезного Достоевского, сделать его своим для культуры поколения Бит. У Керуака появляются сокращения «Дости», словесные игры с фамилией писателя (258).

В 1960-е годы Керуак перечитывает писателей своей юности и вновь возвращается к Достоевскому.

Несмотря на оказавшейся разрушительной славу, на углублявшееся непонимание между ним и друзьями и критиками, а также губительное воздействие алкоголизма, Керуак продолжал работать весьма продуктивно. Его подхлестывало желание завершить сагу «Легенда о Дулуозе»: он очень хотел совершить для Лоуэлла (Лоуэлл — город, где родился Керуак) то, что «старый добрый Фолкнер» сделал с округом Йокнопатофа.