Путь в тысячу миль начинается с первого шага.
~ Конфуций

Меценаты

Страница 121

Давайте следовать нравственности, которая не исключает самой жизни-любви! <…> Толстой, вероятно, постоянно сознавал свое нравственное значение для остального мира. Но Достоевский, Шекспир — их нравственность вырастает из земли, скрывается там и зреет. Достоевскому никогда не приходилось обращаться к нравственности, он всегда был ею, и всем остальным».

В дневнике за 1948 год он размышляет о возможности соединения русской идеи братства и американской идеи livelihood: «Главная идея в Америке, как я полагаю, — это всеобщая livelihood человека, а в России главная идея — всеобщее братство людей. Искажение этих двух идей ведет к империализму, американскому и русскому, в сегодняшнем мире. <…> Американская идея — это также возвеличивание скромности и порядочности в обществе. Она вырастет с великой идеей России — идеей Братства». Именно чтение Достоевского дает Керуаку надежду на новые отношения между людьми, в которых сочетается христианская любовь друг другу и индивидуализм.

По мысли Достоевского, братство «сделать никак нельзя, а надо, чтобы оно само сделалось, чтобы оно было в натуре, бессознательно в природе всего племени заключалось, одним словом: чтоб было братское, любящее начало — надо любить» (Д. 5, 80).

Керуак же стремился воплотить идею братства, создать, сделать его. В разные годы эта идея имела разные проекты воплощения: от планов организовать колонию хипстеров — «остров в надвигающемся советском и тоталитарном завоевании мира» (361) — до проекта купить ранчо и жить вместе с друзьями.