Путь в тысячу миль начинается с первого шага.
~ Конфуций

Меценаты

Страница 159

Позже святость Дина подчеркивается неоднократно, причем в глазах Сала она становится все более очевидной и бесспорной. Если раньше Дин только походил на святого, то постепенно его облик обретает мистические черты. Сал сообщает, что в отличие от остальных его друзей, Дин «владеет тайной, которую всем нам не терпится раскрыть» (196), что у него есть «непостижимая врожденная святость» (257), что «он был блаженным (beat) — источником, духом Блаженства (the soul of Beatific)» (195). В конце романа Дин предстает перед Салом как ангел, потом Сал сравнивает его с Богом. «Он наконец превратился в ангела, а я все-таки знал, что это случится. Но, как всякому ангелу, ему, кроме всего прочего, свойственны были и ярость, и неистовство, и в ту ночь… <…> …Дин безрассудно, дьявольски да и ангельски напился» (263). «Сквозь мириады игл неземного сияния тщился я разглядеть облик Дина, а Дин был похож на Бога!» (284).

Можно предположить, что Керуак изображал пророка Новейшего завета («Дин долгие годы был главным пророком этой шайки») (192), причем изображение дается в двух планах: реальном, и тогда друзья Дина называются шайкой, и символическом — тогда внимающих Дину оказывается тринадцать человек и возникает параллель с Христом, странствующим со своими учениками.

Положение Дина среди людей подобно положению Мышкина. В глазах окружающих он предстает «Идиотом. Слабоумным. Святым» (194): «Да-да, вот кем был Дин — святым дурачком» (194). Так, в самом начале романа тетушка главного героя, «едва взглянув на Дина, решила, что он сумасшедший» (3).

Безумие героя Керуака другого рода — опьяненность жизнью, умение оставаться собой. Дин безумен и потому, что знает тайну бытия. Мотив нарастающего безумия Дина (так Сал в разговоре с Эдом приходит к выводу: «Послушай, тебе не кажется, что Дин с каждым годом становится все безумнее?» — «Так оно и есть») (262), несомненно, связан с превращением его в святого.