Путь в тысячу миль начинается с первого шага.
~ Конфуций

Меценаты

Страница 191

Вечность и здесь и сейчас — одно и то же» (340). Как и в других романах о поколении Бит, в том числе «Иди», в романе «На дороге» звучит мотив дома как единственного спасения для человека.

Тема дома определяет и развитие сюжета романа: это — парадоксальное бегство от дома и к дому. С одной стороны, все странствия героя и опыт подполья имеют своей целью поиски дома, с другой — дом означает отказ от странствий. Это противоречие обнажается в момент морского путешествия в Танжер, когда герой в смятении восклицает: «Зачем я не остался дома?» (301), и далее: «Но куда же мне еще деваться? И на опиумном передозе это чувство усилилось до такой степени, что я так и сделал, — действительно встал, собрал вещи и отправился назад в Америку, чтобы найти себе дом» (303).

Бунт дает толчок движению, герой испытывает нехватку любви, смысла в повседневности и отправляется за ними в странствие. Отказ от бунта — отказ от действия, от фаустовского поиска в пространстве и времени в пользу восточного созерцания. Не случайно в романе отчетливо звучат мотивы дзен: «…вот после всего пережитого на вершине горы… <…> …началось для меня время полного переворота всех моих представлений о жизни… <…> Именно тогда я начал понимать, что вся моя жизнь была поиском покоя в творчестве, и не только в творчестве. Но именно с тех пор я потерял всякое стремление к дальнейшему поиску во внешнем. <…> В те времена я искренне поверил, что единственное достойное занятие в мире — это молиться о благе всех в одиночестве» (219).

Этим смирением и заканчивается роман: «Позже я возвращаюсь в Нью-Йорк и сижу с Ирвином и Саймоном, и Лазарусом, и теперь мы уже более или менее знаменитые писатели, но они удивляются, почему я так замкнут… <…> …впрочем, грусть эта — грусть умиротворенная.