Путь в тысячу миль начинается с первого шага.
~ Конфуций

Меценаты

Страница 43

Письма и интервью Гинсберга отражают его стремление интерпретировать происходящее с ним и друзьями через призму мира Достоевского. «У Керуака странные друзья в духе Достоевского», «Необходимо в духе Достоевского поехать в Нью-Йорк и поспорить, скажем, с Лайонелом Триллингом». Встреча с Питером Орловским, которого Керуак назовет «святым идиотом» («Питер Орловский — идиот! Русский идиот!»), представляется Гинсбергу «идеализированным в духе Достоевского столкновением душ». Достоевский представляет все русское, прежде всего особый духовный склад: «У Питера Орловски часто было темное русское в духе Достоевского настроение». Русские корни заставляли Гинсберга чувствовать свою близость к русской культуре и русской ментальности. В интервью К. Фрейксу в 1991 году Гинсберг говорил: «Я русский поэт, пишущий на другом языке». Впрочем, такое же духовное родство испытывал и Керуак, ненавидевший коммунизм, но любивший Россию. По словам Гинсберга, «Керуак сказал, что, если Россия и Америка станут воевать между собой, он покончит жизнь самоубийством. Потому что Керуак прочитал всего Достоевского и тосковал по русской почве».

Любимый герой Достоевского у Гинсберга — Мышкин, который виделся ему святым дурачком, в котором парадоксально соединились невинность и знание.