Путь в тысячу миль начинается с первого шага.
~ Конфуций

Меценаты

Страница 485

Второе — связь между стимульным материалом и реальностью во многом зависит от указанных модальностей. Большинство людей, конечно, готовы принять даже маленький одноцветный (и потому статичный и двухмерный) рисунок, в качестве действительного отражения чего-то «реального», но проективные стимулы способны значительно снизить эту готовность. Так, практически невозможно предоставить очень близкие к реальности аудиальные стимулы. Тогда как узнавание — апперцепция — во многом зависит от реалистичности звукового ряда. Если это условие соблюдается, то различие между реальным аудиальным опытом и его презентацией в качестве проективного стимула полностью исчезает. В то же время в обычной жизни мы часто сталкиваемся с «разобщенными», «вырванными» из общего контекста звуками, озадачивающими и требующими особых подходов для идентификации, которые не вписываются в четкие структурные рамки ТАТ.

Рассмотренные вопросы касаются различий, которые необходимо учитывать при создании аудиальной проективной техники, содержащей разговоры, шумы и музыку.

Если рассмотреть перечисленное в обратном порядке, музыка может представлять отдельный стимул, «фон» к основному настроению (саунд-трек к фильму или мюзиклу; или часть реальной сцены, содержащей другие звуки). Меньше всего музыка использовалась в качестве самостоятельного стимула, хотя Ван де Даль (Van den Daele) сообщает об эксперименте, в котором разные по стилю музыкальные отрывки сопровождались следующей инструкцией: «Я хочу, чтобы вы рассказали мне историю, которая подходила бы к этой музыке...» (испытуемые тестировались индивидуально). Мы не располагаем более точной информацией об отрывках, включенных в основную работу, но можно предположить, что каждый из них передавал определенное настроение. Здесь можно также отметить неопубликованный итальянский тест, в котором два музыкальных фрагмента содержат комбинации голосов и разнообразных звуков; в нем также используется музыка, как указано в третьей категории (см. выше). В частности, среди представленных музыкальных отрывков были «Песни Тристан» Чайковского и часть «Похоронного марша» из сонаты Шопена «Ре бемоль минор». Возможности последнего довольно ограничены: настроение несомненно сентиментальное, но детали сюжета и художественная обработка варьируют. Примеры ответов испытуемых, приведенные Ван де Далем, в особенности некоторые из историй, сочиненных больными шизофренией, настолько не соответствуют ожиданиям, что их можно скорее описать как ассоциативные, чем как апперцептивные. С другой стороны, Кунзи (Kunze), описавший тест музыкальных фантазий, заключает, что, согласно результатам, структура музыкального отрывка влияет на появление типичных установок и образов. Вместе с тем Кунзи продолжает утверждать, что материал включает большое количество информации о личной жизни испытуемого, доказательством чему может послужить осуществление эмпатической идентификации.